Natural saline–alkaline soils are widespread in Central Asia, yet microbial responses to salinity gradients and ionic composition remain poorly resolved. We profiled bacterial communities (16S rRNA V3–V4, Illumina MiSeq) in 20 topsoil (0–20 cm) samples from four regions of Kazakhstan spanning non-saline to highly saline conditions. Soil chemistry included pH, total mineralization (dry residue), and major ions (Na⁺, Cl⁻, SO₄²⁻, HCO₃⁻, Ca²⁺, Mg²⁺, K⁺). Alpha (Chao1, Shannon, observed ASVs) and beta diversity (Bray–Curtis; ANOSIM; PCoA) were evaluated across salinity classes. Soils were alkaline (pH 7.91–10.47) and covered a broad salinity range (256–26,312 mg/L), driven mainly by Na⁺ with chloride and/or sulfate. Alpha diversity remained stable across salinity classes, though dispersion increased under high salinity. Community composition differed significantly among classes (ANOSIM R = 0.428, p = 0.005), with partial PCoA separation and overlap, indicating gradual turnover along the salinity gradient. In contrast, fungal communities showed no significant response to salinity, with stable alpha and beta diversity across all samples and consistent dominance of Ascomycota. Communities were dominated by Actinomycetota (formerly Actinobacteriota), Bacteroidota, and Pseudomonadota (formerly Proteobacteria). Bacteroidota increased in highly saline soils (FDR q = 0.036), whereas Acidobacteriota decreased (FDR q = 0.052). Thermodesulfobacteriota (formerly Desulfobacterota) correlated positively with sulfate, and Cyanobacteriota negatively with chloride. Overall, Kazakhstan’s saline–alkaline soils show stable bacterial alpha diversity but moderate, ion-linked compositional shifts with enrichment of halotolerant taxa.

This article presents the results of an investigation into the effects of mineral fertilizers on humus content, its fractional composition, and the dynamics of nitrate nitrogen in agrocenosis of spring wheat of the 'Shortandinskaya 2012' variety under the dry-steppe conditions of the Karaganda region. It was found that no significant changes in humus content occurred during the first year of fertilizer application. The application of nitrogen fertilizer at a rate of 82 kg/ha a.i. resulted in a slight increase in humus content compared to the control. The combined use of ammophos and ammonium sulfate (P82 kg/ha a.i. + N17 mg/kg a.i.) led to a significant increase in humus content in dark chestnut soils. It was found that the concentration of nitrate nitrogen (N-NO₃) increased depending on the combined application of these fertilizers. In the treatment with preliminary phosphorus application at a rate of 82 kg/ha a.i. combined with nitrogen (17 mg/kg a.i.), the level of nitrate nitrogen was higher compared to phosphorus-only treatments without nitrogen supplementation. Under the arid conditions of 2021, enhanced accumulation of N-NO₃ was observed in the upper horizon of the soil profile. The research results indicate that, in the absence of fertilization, there is a decline in both humus and nitrogen content, as well as the degradation of not only mobile nutrient forms but also stable compounds of soil organic matter.

This article is devoted to assessing the level of soil contamination by heavy metals at the municipal solid waste landfill located in the city of Astana. During the study, chemical analysis was conducted on soil samples collected from adjacent areas within the administrative zone of Astana, 6 km along the Alash highway, near the landfill managed by LLP "Eco Polygon Astana". Mobile forms of heavy metals were identified and environmentally classified by their hazard levels. The presence of mobile forms of mercury, zinc, and arsenic (hazard class I), as well as copper, nickel, cobalt, antimony, chromium, and lead (hazard class II) was established. The degree of soil contamination was assessed using the hazard coefficient (Ko) and the total pollution coefficient (Zc), followed by comparison with the maximum permissible concentrations. The results showed that heavy metal concentrations in the landfill area and surrounding zones exceed acceptable levels, with the environmental hazard level classified as "hazardous" and "slightly hazardous". The obtained data allow for a comprehensive assessment of the landfill's environmental impact, soil conditions in the surrounding environment, and the potential harm to nature.

Calcic Chernozem and Light Calcic Calcisol are important agricultural soils of Kazakhstan’s steppe and arid zones. This study evaluated the relationships between humus quantity, humus fractional composition, and macro- and micronutrient availability in four contrasting agricultural soil profiles. Total humus content, humic- and fulvic-acid fractions, exchangeable cations, available macronutrients, DTPA-extractable Cu, Mn, Fe, Mo, and Co, and hot-water-extractable B were determined. The Calcic Chernozem profiles had higher total humus contents, reaching 3.81% in the surface horizon, and a greater relative contribution of humic-acid fractions, with Cₕₐ/C𝒻ₐ ratios of 1.2–2.0. In the Light Calcic Calcisol, surface-horizon humus contents ranged from 1.05 to 1.45%, while fulvic-acid fractions predominated, with ΣFA reaching 73.2% and CHA/CFA ratios of 0.1–0.2. Macro- and micronutrient concentrations varied markedly among profiles and horizons. Particularly low concentrations of hot-water-extractable B and DTPA-extractable Fe were observed in the Light Calcic Calcisol. Exploratory correlation analysis and PCA identified associations among humus fractions, soil chemical properties, and nutrient distribution. The first two principal components explained 82.5% of the total variance in the Calcic Chernozem and 84.5% in the Light Calcic Calcisol. Because each soil–management combination was represented by one field profile and the sites differed in climate, crop rotation, irrigation, fertilizer management, land-use history, and sampling date, the observed patterns should be interpreted cautiously. The findings support soil-specific fertility management focused on maintaining soil organic matter and assessing potential B and Fe deficiencies in low-humus calcareous soils.

Всегда намного проще предупредить проблему, чем устранять ее последствия поэтому, при водоподготовки используют различные способы уменьшения жесткости воды для исключения образования накипи на внутренних стенках трубопроводом при ее нагреве. В статье рассмотрены наиболее применяемые химические способы очистки воды от солей накипи, обобщены их достоинства и недостатки. Так же предложен безреагентный способ устранения накипи при помощи постоянных магнитов. Цель данной работы заключалась в рассмотрении физико‐химических механизмов воздействия магнитного поля на воду с растворенными в ней солями жесткости, а также исследование солевого состава воды используемой для нагрева. В ходе проведенного исследования был получен результат, который наглядно подтверждает гипотезу электрохимических процессов в воде при прохождении ее через магнитное поле: в воде соли существуют в виде ионов, магнитное поле поляризует их, то есть разделяет и деформирует их гидратные оболочки, тем самым способствует процессу кристаллизации солей, то есть происходит образование центров кристаллизации, на которых адсорбируются катионы кальция и магния. В результате этого образуется мелкокристаллическая форма, которая остается в водном растворе и при его нагревании не осаждается в твердом виде на частях теплообменников, а падает на дно в виде шлама или мелкого песка. Ключевые слова: карбонатная жесткость, карбонат кальция и магния, магнитная обработка, накипь, реагентные методы.

В статье представлены результаты исследований 2021-2022 гг., проведенных на темно-каштановых почвах Центрального Казахстана, по изучению влияния минеральных удобрений на урожайность гороха сорта Аксайский усатый 55 и динамику основных питательных элементов почвы, таких как нитратный азот, подвижный фосфор, обменный калий в течение вегетации гороха по фазам: всходы; бутонизация и цветение. Посевы вышеуказанной культуры проводились тремя разными нормами высева семян (0,8; 1,0; 1,2 млн.шт. семян на 1 га), в три разных срока посева (11; 15; 20 мая) и по трем фонам: контроль (без удобрений); P 82 кг/га д.в.; P 82 кг/га д.в.+ N 17 кг/га д.в. Содержание нитратного азота в почве перед посевом гороха по всем нормам высева было от очень низкого до повышенного, в зависимости от срока посева и климатических условий. Внесение аммофоса повышало содержание нитратного азота в почве по всем срокам и нормам высева гороха: до 16,6-17,5 мг/кг на вариантах со сроком посева 11 мая и до 28,1-37,5 мг/кг почвы на вариантах с более поздним сроком посева. Дополнительное внесение сульфата аммония соответственно еще больше увеличивало содержание нитратного азота в почве - до 40,5 мг/кг почвы. Содержание подвижного фосфора в почве перед посевом гороха на контрольных вариантах (без удобрений) было очень низким и низким на уровне 8,8-23,5 мг/кг. Внесение аммофоса как фосфорсодержащего удобрения повышало содержание подвижного фосфора в почве до 38,1 мг/кг почвы, что соответствует повышенной обеспеченности. В среднем за два года проведенных исследований, наиболее высокая урожайность –20,26 ц/га, получена по варианту со сроком посева 20 мая, с нормой высева 1,2 млн.шт. семян на 1 га, с внесением P 82 кг/га д.в.+N 17 кг/га д.в. Более оптимальным оказался третий срок посева - 20 мая, который обеспечил наиболее высокую урожайность изучаемой культуры – 20,26 ц/га.